Неточные совпадения
И что ж? Глаза его читали,
Но
мысли были далеко;
Мечты, желания, печали
Теснились в душу глубоко.
Он меж печатными строками
Читал духовными глазами
Другие строки. В них-то он
Был совершенно углублен.
То были
тайные преданья
Сердечной, темной старины,
Ни с чем не связанные сны,
Угрозы, толки, предсказанья,
Иль длинной сказки вздор живой,
Иль письма девы молодой.
Она поэту подарила
Младых восторгов первый сон,
И
мысль об ней одушевила
Его цевницы первый стон.
Простите, игры золотые!
Он рощи полюбил густые,
Уединенье, тишину,
И ночь, и звезды, и луну,
Луну, небесную лампаду,
Которой посвящали мы
Прогулки средь вечерней тьмы,
И слезы,
тайных мук отраду…
Но нынче видим только в ней
Замену тусклых фонарей.
Он пел любовь, любви послушный,
И песнь его была ясна,
Как
мысли девы простодушной,
Как сон младенца, как луна
В пустынях неба безмятежных,
Богиня
тайн и вздохов нежных;
Он пел разлуку и печаль,
И нечто, и туманну даль,
И романтические розы;
Он пел те дальные страны,
Где долго в лоно тишины
Лились его живые слезы;
Он пел поблеклый жизни цвет
Без малого в осьмнадцать лет.
Письмо начиналось очень решительно, именно так: «Нет, я должна к тебе писать!» Потом говорено было о том, что есть
тайное сочувствие между душами; эта истина скреплена была несколькими точками, занявшими почти полстроки; потом следовало несколько
мыслей, весьма замечательных по своей справедливости, так что считаем почти необходимым их выписать: «Что жизнь наша?
Мелькала постоянно во все эти дни у Раскольникова еще одна
мысль и страшно его беспокоила, хотя он даже старался прогонять ее от себя, так она была тяжела для него! Он думал иногда: Свидригайлов все вертелся около него, да и теперь вертится; Свидригайлов узнал его
тайну; Свидригайлов имел замыслы против Дуни. А если и теперь имеет? Почти наверное можно сказать, что да.А если теперь, узнав его
тайну и таким образом получив над ним власть, он захочет употребить ее как оружие против Дуни?
Да я сам знаю, и в
тайне храню, сочинения два-три таких, что за одну только
мысль перевесть и издать их можно рублей по сту взять за каждую книгу, а за одну из них я и пятисот рублей за
мысль не возьму.
Выговаривая об этом сейчас Дуне, он выговаривал свою
тайную, возлелеянную им
мысль, на которую он уже не раз любовался, и понять не мог, как другие могли не любоваться на его подвиг.
Этот милый Свияжский, держащий при себе
мысли только для общественного употребления и, очевидно, имеющий другие какие-то,
тайные для Левина основы жизни и вместе с тем он с толпой, имя которой легион, руководящий общественным мнением чуждыми ему
мыслями; этот озлобленный помещик, совершенно правый в своих рассуждениях, вымученных жизнью, но неправый своим озлоблением к целому классу и самому лучшему классу России; собственное недовольство своею деятельностью и смутная надежда найти поправку всему этому — всё это сливалось в чувство внутренней тревоги и ожидание близкого разрешения.
— Насколько ты, с твоей сдержанностью, аристократичнее других! Так приятно видеть, что ты не швыряешь своих
мыслей, знаний бессмысленно и ненужно, как это делают все, рисуясь друг перед другом! У тебя есть уважение к
тайнам твоей души, это — редко. Не выношу людей, которые кричат, как заплутавшиеся в лесу слепые. «Я, я, я», — кричат они.
—
Мысли — пардон! — как женщины, они не очень разнообразны, и
тайна их обаяния в том, как они одеты…
— Недавно, беседуя с одним из таких хитрецов, я вспомнил остроумную
мысль тайного советника Филиппа Вигеля из его «Записок». Он сказал там: «Может быть, мы бы мигом прошли кровавое время беспорядков и давным-давно из хаоса образовалось бы благоустройство и порядок» — этими словами Вигель выразил свое, несомненно искреннее, сожаление о том, что Александр Первый не расправился своевременно с декабристами.
«У него тоже были свои
мысли, — подумал Самгин, вздохнув. — Да, “познание — третий инстинкт”. Оказалось, что эта
мысль приводит к богу… Убого. Убожество. “Утверждение земного реального опыта как истины требует служения этой истине или противодействия ей, а она, чрез некоторое время, объявляет себя ложью. И так, бесплодно, трудится, кружится разум, доколе не восчувствует, что в центре круга —
тайна, именуемая бог”».
Многое на земле от нас скрыто, но взамен того даровано нам
тайное сокровенное ощущение живой связи нашей с миром иным, с миром горним и высшим, да и корни наших
мыслей и чувств не здесь, а в мирах иных.
Несмотря на то, я очень его полюбил и совершенно ему доверился во всех моих чувствах, ибо
мыслю: на что мне
тайны его, вижу и без сего, что праведен человек.
Говорят о пламени адском материальном: не исследую
тайну сию и страшусь, но
мыслю, что если б и был пламень материальный, то воистину обрадовались бы ему, ибо, мечтаю так, в мучении материальном хоть на миг позабылась бы ими страшнейшая сего мука духовная.
Грех, рекут нам, о сих Бога молить, и церковь наружно их как бы и отвергает, но
мыслю в
тайне души моей, что можно бы и за сих помолиться.
С замиранием сердца и ужасом перед
мыслью о том, в каком состоянии он нынче найдет Маслову, и той
тайной, которая была для него и в ней и в том соединении людей, которое было в остроге, позвонил Нехлюдов у главного входа и у вышедшего к нему надзирателя спросил про Маслову. Надзиратель справился и сказал, что она в больнице. Нехлюдов пошел в больницу, Добродушный старичок, больничный сторож, тотчас же впустил его и, узнав, кого ему нужно было видеть, направил в детское отделение.
Он благоговейно ужасался, чувствуя, как приходят в равновесие его силы и как лучшие движения
мысли и воли уходят туда, в это здание, как ему легче и свободнее, когда он слышит эту
тайную работу и когда сам сделает усилие, движение, подаст камень, огня и воды.
— Ключи от своего ума, сердца, характера, от
мыслей и
тайн — вот какие!
Роскошный пир. Пенится в стаканах вино; сияют глаза пирующих. Шум и шепот под шум, смех и, тайком, пожатие руки, и порою украдкой неслышный поцелуй. — «Песню! Песню! Без песни не полно веселие!» И встает поэт. Чело и
мысль его озарены вдохновением, ему говорит свои
тайны природа, ему раскрывает свой смысл история, и жизнь тысячелетий проносится в его песни рядом картин.
Здесь все сообразно понятию: нет ничего
тайного в Боге» [
Мысль о том, что в Боге нет
тайны, что Он вполне познаваем, встречается не раз на страницах гегелевой философии религии: стр.334, 335–336.] (48) [Ср. там же.
Но и не притязая на постижение
тайны, возможно, однако, констатировать ее наличность: нас необходимо приводит к этому логика жизни и
мысли, как к единственному истолкованию загадки нашего собственного существа.
Тварь не может постигнуть своего собственного сотворения, оно для нее всегда останется загадкой, чудом,
тайной, но опознать совершившееся вполне по силам человеческому сознанию, и анализ этого самосознания составляет задачу и для
мысли, которая должна старательно распутать этот узел онтологических сплетений, не разрывая его нитей.
Потому что все заключено в
мысли, а
мысль Святого, да будет благословен, скрыта,
тайна и слишком возвышенна, чтобы могло его достигнуть и коснуться понимание человека.
Как
мыслить это откровение
Тайны, это совлечение абсолютности Абсолютного, каковым является откровение Абсолютного относительному?
Что касается внутреннего
Мысли, то нет никого, кто мог бы понять, что это такое; с тем большим основанием невозможно понять Бесконечное (Ayn-Soph), которое неосязаемо; всякий вопрос и всякое размышление остались бы тщетны, чтобы охватить сущность высшей
Мысли, центра всего,
тайны всех
тайн, без начала и без конца, бесконечное, от которого видят только малую искру света, такую, как острие иглы, и еще эта частица видна лишь благодаря материальной форме, которую она приняла» (Zohar, I, 21 a, de Pauly, I, 129).
«
Тайна этого состоит в том, что верующие люди должны направлять свою душу и
мысли к небесной подруге в момент соединения с дольней, потому что эта есть образ той».
Вообще женское развитие —
тайна: все ничего, наряды да танцы, шаловливое злословие и чтение романов, глазки и слезы — и вдруг является гигантская воля, зрелая
мысль, колоссальный ум.
Такой мистицизм идет к отроческим чертам, к тому возрасту, где все еще
тайна, все религиозная мистерия, пробуждающаяся
мысль еще неясно светит из-за утреннего тумана, а туман еще не рассеян ни опытом, ни страстью.
Лишь глубоко эмоциональная
мысль познает
тайну жизни.
Любящий (Бог) не может существовать без любимого (человека) — об этом невозможно
мыслить в рациональных понятиях, на этом нельзя построить рациональной онтологии,
мыслить можно лишь символически, и символическое мышление может означать лишь приближение к
Тайне.
Русские
мыслили о всех проблемах по существу, как бы стоя перед
тайной бытия, западные же люди, отягченные своим прошлым,
мыслили о всех проблемах слишком в культурных отражениях, т. е. в русской
мысли было больше свежести и непосредственности.
Русская религиозно-философская
мысль в своих лучших представителях решительно борется против всякого юридического истолкования
тайны христианства, и это входит в русскую идею.
Интересно, что Несмелов очень ценит Фейербаха и хочет превратить
мысль Фейербаха об антропологической
тайне религии в орудие защиты христианства.
Его поразило больше всего то, что так просто раскрывались самые
тайные дела и
мысли, о которых, кажется, знали только четыре стены.
— Ты внешний только образ сокровенной
тайны видела, — продолжала Варенька, — а пока останешься язычницей, не можешь принять «внутренняя» этой
тайны. Когда «приведут» тебя — все поймешь, все уразумеешь. Тогда
тайна покажет тебе богатство Господней славы… Помнишь, что сказал он тебе устами Катеньки?.. Не колебли же
мыслей, гони прочь лукавого и будешь избрáнным сосудом славы… Истину говорю тебе.
Вели́ка отрада
мыслями с другом делиться, но Дуне не с кем было по душе говорить, некому
тайные думы свои передать.
С приездом Марьи Ивановны стала она еще равнодушнее к обрядам, хоть та сама не раз говорила ей, что должна непременно их соблюдать, не навести бы домашних на
мысль, что хочет она идти «путем
тайной веры к духовному свету».
И стали девицы открывать свои
мысли и
тайные думы.
Раздвоялись ее
мысли. Скучающий отец и призвание от тьмы неведения к свету сокровенной
тайны! Обычная жизнь купеческой девушки и вольная, свободная, восторженная искательница благодати. Там — «изменщик» Петр Степаныч, здесь — таинственный духовный супруг… Но что ж это за духовный супруг?.. Узнаю ль когда?.. Скоро ли?
Появление молодого Бурмакина как раз совпало с тем временем, когда Калерия Степановна начинала терять всякую надежду. Увидев Валентина Осипыча, она встрепенулась.
Тайный голос шепнул ей: «Вот он… жених!» — и она с такой уверенностью усвоила себе эту
мысль, что оставалось только решить, на которой из четырех дочерей остановится выбор молодого человека.
— Фленушка!.. Знаю, милая, знаю, сердечный друг, каково трудно в молодые годы сердцем владеть, — с тихой грустью и глубоким вздохом сказала Манефа. — Откройся же мне, расскажи свои
мысли, поведай о думах своих. Вместе обсудим, как лучше сделать, — самой тебе легче будет, увидишь… Поведай же мне, голубка,
тайные думы свои… Дорога ведь ты мне, милая моя, ненаглядная!.. Никого на свете нет к тебе ближе меня. Кому ж тебе, как не мне, довериться?
По целым часам безмолвно, недвижно стоит у окна Марья Гавриловна, вперив грустные очи в заречную даль… Ничего тогда не слышит она, ничего не понимает, что ей говорят, нередко на темных ресницах искрятся
тайные, тихие слезы… О чем же те думы, о чем же те слезы?.. Жалеет ли она покинутую пристань, тоскует ли по матерям Каменного Вражка, или мутится душа ее черными думами при
мысли, что ожидает ее в безвестном будущем?.. Нет…
И Пантелей и Никитишна обошлись с Алексеем ласково, ничего не намекнули… Значит, про него во время Настиной болезни особых речей ведено не было… По всему видно, что Настя
тайну свою в могилу снесла… Такими
мыслями бодрил себя Алексей, идя на зов Патапа Максимыча. А сердце все-таки тревогой замирало.
И на вершинах философской
мысли должна быть оправдана эта мифология, в ней ключ и
тайна связи между причиной и следствием.
Познающий издревле хотел разгадать загадку бытия, проникнуть в
тайну наиреальнейшей действительности, а на вершине философской
мысли цель познающего оказалась упраздненной.
Утеряны источники питания, и потому философская
мысль стала худосочной, потому бессильна она соединиться с
тайной бытия, с вековечной целью своих стремлений.
Бедного Володю так одолевала
мысль, что он трус, что в каждом взгляде, в каждом слове он находил презрение к себе, как к жалкому трусу. Ему показалось, что батарейный командир уже проник его
тайну и подтрунивает над ним. Он, смутившись, отвечал, что вещи на Графской, и что завтра брат обещал их доставить ему.
Какая
тайна пробегает по цветам, деревьям, по траве и веет неизъяснимой негой на душу? зачем в ней тогда рождаются иные
мысли, иные чувства, нежели в шуме, среди людей?
Тайный, внутренний инстинкт привел его на то место, где он разошелся сегодня с Николаевым. Ромашов в это время думал о самоубийстве, но думал без решимости и без страха, с каким-то скрытым, приятно-самолюбивым чувством. Обычная, неугомонная фантазия растворила весь ужас этой
мысли, украсив и расцветив ее яркими картинами.